«Гиперфиксация на Уралмаше»

Екатеринбург — очень классный город. Тут живут все мои близкие. Летом, когда у дочки каникулы, мы обычно приезжаем и остаёмся на подольше. Здесь такой вайб — не могу объяснить, все слова будут неточны. Мой барабанщик как-то приехал сюда, ходил по Плотинке и записывал мне восторженные сообщения, что мечтает здесь жить. Екатеринбург все обожают.

Что здесь смотреть? Прогуляться вечером по клубам и барам, застать закат на Плотинке, искать работы наших уличных художников, например надписи Тимы Ради (и, кстати, недавно у Славы ПТРК* появился новый стрит-арт «скучаю»).

Что такое уральская идентичность? Это очень сложный вопрос. Думаю, она заметнее со стороны. Есть такая тема, как уральская диаспора, мол, она очень классно ощущается в Москве, а сейчас уже и в других городах мира. Это классные люди, которые способны не только фантазировать о творческих проектах, но и реализовывать их.

Я родилась и выросла на Уралмаше в девяностые. До двенадцати лет меня водили в школу за руку, потому что одну было страшно отпускать далеко, а в школу во дворе нас не отдали — там в туалетах валялись шприцы. Я с детства знала, что ключ от подъезда нужно носить, сжав в кулаке, — на всякий случай. В то же время на Уралмаше была музыкалка и театральная студия.

Не могу сказать, что мы с сестрой тогда страдали. Мы были мелкие и других вариантов жизни не видели, у нас были мама и папа, которые нас любили, была еда в доме.

У меня гиперфиксация на Уралмаше. Во-первых, я романтизирую девяностые и бандитизм, а во-вторых, наши первые тусовки, школьный театр, моя работа на заводе — всё было там. Моя сестра с мужем принципиально купили квартиру на Уралмаше, в Дворянском гнезде — это квартал с очень красивыми старыми домами, в которых жили инженеры, заводское начальство и директора школ.

Когда я была подростком, меня вообще никуда не пускали дальше музыкальной школы. Первое место, куда мы начали ходить, когда я уже работала, был клуб «Посторонним В» на Пушкина. Каждый раз было очень страшно, что уралмашевских не пропустят.

Это были первые разы, когда я возвращалась домой под утро. Там было так интересно, сейчас не могу себе такого представить. Тогда же в основном были фестивали пива и рока. Все месили грязь под «Старый мельник». Даже наши первые выступления были на таких фестивалях.

Если бы мы пошли гулять с человеком не из этого города, я бы его, конечно, привела сюда. Мне с детства очень нравятся здание оперного театра и парк вокруг него. Когда я гоняла в универ (Уральский государственный — а теперь федеральный — университет находится напротив. — Прим. ред.), на углу стояла хотдожница, и там были очень вкусные хот-доги, поэтому иногда я выбирала: заплатить репетитору или купить хот-дог.

Сюда временами приезжает на проекты и ставит спектакли мой друг, режиссёр Антон Морозов. Но мне так и не довелось их посмотреть: как правило, в городе я бываю не в театральный сезон.

Я не слишком сентиментальна, сама вряд ли пойду гулять по городу и ностальгировать, «дышать этим воздухом». Но эти здания очень классные. Когда мы проходим с дочкой, я показываю ей оперный театр, здание вуза, говорю: «Гаша, смотри, вот универ, где я училась!»

И я, и моя сестра (Таня Павлова, вторая участница группы «Обе Две» до 2006 года. — Прим. ред.) — мы обе учились в УрГУ, но она училась по-настоящему — на журфаке, где и хотела, а я училась не по-настоящему, а потому что мне взрослые сказали идти учиться в университет. И я пошла на исторический факультет.

Студенческой жизни у меня почти не было: я училась на заочке, почти сразу пошла работать на Уралмашзавод и вскоре собрала группу. Мои бабушка и дедушка работали на том же заводе и были на хорошем счету. Я пришла туда в семнадцать лет, меня взяли помощником секретаря в приёмную директора по производству. У него в подчинении были четыре с половиной тысячи человек — работяги-заводчане, все они проходили через наш секретариат. Сама я там проработала года два.

Когда-то тут была типография издательства «Уральский рабочий», где печатали газеты и журналы, а в 2010-х открылся клуб «Дом печати». До закрытия в 2020 году это была культовая точка на карте города, где мы сыграли не один легендарный концерт. Здесь был классный бар, висели великолепные люстры.

Открыть красивый модный клуб в историческом здании заброшенной в центре города фабрики — это так по-екатеринбургски. Когда «Дом печати» только появился, это ещё не было мейнстримом.

Мне всегда нравилось, как команда проекта подходила к своему детищу, как всё это было реализовано — и визуально, и с точки зрения организации. Это был такой знак качества: если едешь в Екб, ты выступаешь в «Доме печати». Недавно увидела, что это место перезапускают, — не представляю себе, что тут будет.

Когда Ельцин Центр появился, я уже не жила в Екатеринбурге. Сейчас в нём есть несколько важных для меня проектов — это кофейня Simple coffee, магазин нишевой парфюмерии Cosmotheca, книжный магазин «Пиотровский» и, собственно, основной музей. Он очень классный, там крутая экскурсия. В Ельцин Центре мы даже однажды выступали — с группой OQJAV.

Набережную перед Ельцин Центром очень красиво облагородили. Ещё очень красиво сделали набережную около цирка — там совсем по-другому: много зелени и тени. Здесь, кажется, должны тусоваться скейтеры, а там — люди с колясками. Большая вода для меня много значит, в Екатеринбурге мне её недостаточно.

Гулять одна по городу я могу в день концерта, когда мне снимают отель. Так было не всегда: у меня здесь все родные, и есть где остановиться и поспать, но нет опции побыть в одиночестве, а перед концертом это строго необходимо. Тогда я могу специально выкроить себе время до чека или начала концерта и два часа просто молча походить по центру. Когда мы здесь ещё жили, я любила гулять по Ленина — Малышева, в районе УПИ (историческое название Уральского политехнического института, ныне — часть Уральского федерального университета. — Прим. ред.).

Я затворник, мне нужно долго сидеть в одиночестве и молчать, я без этого не могу. Фантазировать до поездки, куда мы пойдём, составить гид — это не про меня. Я составлю гид, как я буду оставаться дома одна.

Но когда я предвкушаю поездку в Екатеринбург, всё-таки думаю о том, где хочется поесть. Екатеринбург — очень крутой гастрономический город. И если бы мы гуляли по центру, то обязательно зашли бы в «Гастроли». В первый раз я сюда попала, потому что понравилось название. Здесь красиво и вкусно — у меня очень простые требования к заведению.

Это новое заведение известного уральского шефа Володи Олькиницкого. С Володей мы познакомились через клуб «2КУ» и всю эту тусовку, а потом, когда ещё все жили здесь, мне было очень интересно ходить по местам, которые он открывает.

Других баров в городе не знаю, и, пока «Самоцвет», дай им бог здоровья, работает и будет работать, мы туда так и будем ходить. Если вдруг мы с моим другом Антоном одновременно находимся в Екатеринбурге или если после концерта хочется потусоваться с пацанами, мы пойдём сюда. Я в этом вопросе консервативна, и меня тут всё устраивает.

«Самоцвет» — это почти родственная связь. Если нужно устроить маленький семейный концерт или съёмку в интерьере, я знаю, что здесь всегда можно это организовать.

Я обожаю есть морских чертей и очень люблю этот рестик. Беру какие-нибудь гребешки или устриц — смотря какое у меня сегодня настроение. Там вкусно и очень приятный сервис. Боул с креветками тебе подадут в каждом втором ресторане, а вот севиче из гребешка — нет.

Прямо напротив «Гадов» находится ювелирный магазин «Август». Мы все друг друга знаем, носим и слушаем. Я захожу в него и здесь, и в Москве — обожаю совершенно искренне, как и все мои друзья и подруги.

Был бы «Август» родом из другого города, это бы тоже работало, но мне, конечно, особенно приятно, что мы с [его создательницей] Наташей Брянцевой из одного поколения и одного города.

Я там была буквально два раза, это любимый ресторан моей сестры, мне там очень понравилось: красиво, вкусно и хороший сервис. Только бронировать нужно заранее, потому что это очень популярное место.

Ещё у нас с мамой есть традиция заходить в магазин «Золотое яблоко» (российская парфюмерно-косметическая сеть, появившаяся в 1996 году в Екатеринбурге. — Прим. ред.). Наш любимый — тот, что на Малышева. Он был самый первый, работал практически круглосуточно, и в нём появилось кафе. Сейчас база, что в магазине косметики открывается кафе, а тогда это было что-то из ряда вон.

И мы любили с мамой взять тачку и поехать туда после десяти вечера. Там было мало людей, особый вайб, это было так необычно. Мы там что-то покупали, потом шли есть десерты — эта традиция сохранилась до сих пор.

Сюда недавно переехал Танин (сестра Кати. — Прим. ред.) театр «Игра» — там есть возможность выступать в зале побольше. Сейчас они вообще едут с гастролями на фестиваль «Архстояние» в арт-парке «Никола-Ленивец».

Театр появился ещё в школе на Уралмаше. Первый опыт выхода на сцену мы получали там. Это выглядело смешно: я была такая серая мышь, всего боялась, но мне повезло с компанией и средой, которая образовалась рядом со мной в старших классах.

Таня все эти годы делает с ребятами в театре что-то невероятное. К ней приходят очень непростые дети, часто из неблагополучных семей, и для неё принципиально, чтобы всё было бесплатно. Там очень крутая среда, где дети учатся дружить, узнают, что такое хорошо и плохо.

Я фанатка их спектаклей, регулярно прихожу смотреть. Они ставят современную драматургию, у них свежий взгляд, они много ездят по фестивалям, а когда это было возможно, гоняли и за границу. При этом актёры — подростки или молодые люди, у которых нет лишних денег. Таня объявляет общий сбор, и, так как у театра уже много поклонников среди зрителей, все скидываются, чтобы ребята гнали на фестиваль.

У нас с мамой традиция — ездить на озеро Таватуй. Было время, она неважно себя чувствовала, а я уже водила машину, и в качестве успокоения и утешения души мы с ней впервые съездили туда. Там ещё «Сыроварня», какой-то классный маленький магазинчик местных продуктов. С тех пор мы каждое лето обязательно выбираем день, чтобы снова туда съездить.

Недавно стали заезжать на Ганину Яму (мужской монастырь. — Прим. ред.). Там можно побывать на экскурсии, сходить на службу, мы даже заставали служителей монастыря и что-то похожее на крестный ход. Там хорошо просто погулять и подышать.

Ещё, если позволяет время, мы с сестрой ездим на Уктус, в термы «Баден-Баден» — по-моему, в Екатеринбурге гениальный нейминг.

Хотите сделать материал для «Номера»? Пожалуйста, заполните анкету — если нам подойдёт ваша тема, мы свяжемся с вами в течение нескольких рабочих дней.