Уехать, но не стать туристом

Герой Чехова Николай фон Корен в повести «Дуэль» говорит: «Кто ищет спасения в перемене места, как перелётная птица, тот ничего не найдёт, так как для него земля везде одинакова». Как любая максима, эта сразу и притягивает, и раздражает. Я очень хорошо понимаю, что имеет в виду герой Чехова. Хорошо там, где нас нет, бла-бла-бла... Кстати, этот трюизм сам писатель в частной переписке остроумно перефразировал: «Скверно и там, где нас нет». Но смысл тот же — всё везде одно и то же, от себя не убежишь. Наверное, на длинной дистанции (pun intended) это действительно так. Непрожитое прошлое или наши собственные черты характера в конце концов, как бы мы ни сопротивлялись, всегда нас настигают. Но вот сбежать от себя, проблем, чужой глупости, опостылевшего пейзажа, в общем, от чего угодно — ненадолго, хотя бы на несколько дней, — почему бы и нет.

Короткое путешествие — это удобная (и довольно редкая) возможность уезжать, но не становиться туристом. В долгих поездках тебя буквально вынуждают пойти проторёнными маршрутами. Ты невольно оказываешься в самых туристических местах, отели заманивают на заунывные экскурсии, да ты и сам чувствуешь неловкость и начинаешь себя корить, если вдруг решаешь пропустить хоть что-то из обширного списка достопримечательностей. «Ну когда ты снова здесь окажешься?!»

Однажды я был сам не свой и даже немного не в себе, надо было срочно уехать из Петербурга, и я сорвался к друзьям в Тбилиси. Но оказалось, что загранпаспорт у меня «заканчивался» раньше, чем было необходимо по правилам Грузии. И на самолёт меня не посадили. Тогда я наугад поехал в Узбекистан, там с паспортом всё было не так строго. До этого я в Узбекистане никогда не был и никого там не знал. И ещё я ничего не ждал. Я ехал не в Самарканд и Бухару, я покидал Петербург.

В Узбекистане я посмотрел очень мало достопримечательностей, а те, на которые я случайно наткнулся, сейчас уже и не вспомню. Но за несколько дней я успел выпить бутылку водки с вором в законе, параллельно узнав все тонкости угона машин; я подружился с профессиональным шулером и получил незабываемый урок poker face. Криминальным миром мои новые знакомства не ограничились. Я болтался по Самарканду со смешливым стариком, который уговаривал меня принять ислам и рассказывал про свою любовь к опере. Во время прогулки мы встретили одного из его сыновей, с которым они не виделись несколько лет. В Бухаре я подружился с пожилыми голландскими туристами, и они катали меня на своём автобусе.

Я видел слёзы, объятия, хитрый прищур и обезоруживающие улыбки, я слышал смех, мат, нежность. Я видел людей, а не здания. Я не уехал в другой город, я сбежал навстречу новым знакомствам. Я видел совсем другую жизнь. И даже несколько дней жил этой чужой жизнью.

Бродский в эссе «Путешествие в Стамбул» пишет: «Всякое перемещение по плоскости, не продиктованное физической необходимостью, есть пространственная форма самоутверждения, будь то строительство империи или туризм». Поэт был склонен и к парадоксальным, и к высокомерным суждениям. И эти слова полны презрения и к туристам, и к самому себе. По Бродскому, любое путешествие без практической необходимости — это в каком-то смысле нелепая попытка фиксации реальности: «я был здесь». Даже если турист об этом вовсе и не думает, получается всё равно акт присвоения пространства. Просто у одних этот жест выливается в строительство города, а у других — в разглядывание достопримечательностей.

Для меня короткая поездка — это чаще всего побег. А ещё — редкая возможность путешествовать, но не быть туристом, не присваивать себе пространство, а пусть ненадолго, но стать его частью. Видеть живых людей, а не мёртвые здания. Потому что именно это мы ищем везде — жизнь. Куда бы и от чего бы мы не бежали. Не становитесь туристами, отправляйтесь в путешествия. Пусть даже короткие.

Хотите сделать материал для «Номера»? Пожалуйста, заполните анкету — если нам подойдёт ваша тема, мы свяжемся с вами в течение нескольких рабочих дней.