Лучший город Земли

«Буэнос-Айрес — самый красивый город на Земле» — такие билборды можно встретить на устремлённых в бесконечность улицах и проспектах столицы Аргентины. И это не банальная самореклама или игра на патриотических чувствах, которую ведёт городская администрация. В конце 2025 года читатели авторитетного британского тревел-журнала Wanderlust признали Буэнос-Айрес «самым желанным городом» в мире. Он опередил извечных конкурентов — Токио и Сидней.

С ноября по февраль, в весенне-летний сезон, когда великий город начинает утопать в буйно цветущей растительности, в столицу Аргентины устремляются десятки тысяч бледных, продрогших туристов из северного полушария — США и Канады, Германии и Скандинавии. Буэнос-Айрес встречает их бездонно-синим небом и жарким солнцем — в точности как на флаге Аргентины. Он ласково обнимает их зелёными ладонями площадей и парков, где поют птицы и беззаботно смеются на игровых площадках дети.

Но сюда едут не только за погодой и природой. Гармонично соединивший традиции Европы и Южной Америки, столетиями гостеприимно принимавший представителей разных наций, Буэнос-Айрес — одна из самых красочных и мультикультурных столиц мира. Об этом свидетельствует даже его топонимика: в каком ещё городе улица Армении ведёт к площади Италии, улица Чили пересекает улицу Перу, а от улицы Сирийской Арабской Республики рукой подать до проспекта Государства Израиль?

Туристы едут в Буэнос-Айрес за танго и футболом, за стейками и мальбеком. Но есть у столицы Аргентины и ещё одна куда менее известная миру черта — бурная, самобытная музыкальная жизнь, которая заслуживает большего признания. В этом гиде по Байресу, как его называют местные, мы сделаем акцент именно на ней. Но сперва рекомендации общего характера.

Хорхе Луис Борхес — один из великих писателей XX века и гений Буэнос-Айреса — сравнивал любимый город с лабиринтом в пространстве и времени. Кажется, что в Байресе невозможно потеряться: из-за упорядоченной квадратно-ячеистой планировки город расчерчен сеткой преимущественно прямых улиц, и, с одной стороны, здесь чувствуешь себя фигурой на шахматной доске. Но, с другой стороны, именно эта рациональность сбивает с толку: в какой-то момент она дезориентирует, заставляет повернуть не туда — и ты вдруг обнаруживаешь себя заблудившимся, как в настоящем лабиринте, без всяких ориентиров.

Квадраты, обрамлённые с четырёх сторон улицами, здесь называют квадрами (по сути — кварталами). Квадры складываются в барриос — районы. В Буэнос-Айресе их 48, и у каждого своя атмосфера и особенности. В некоторые барриос чужакам, особенно туристам, лучше не соваться: у Буэнос-Айреса есть свои трущобы — густонаселённые, самозастроенные кварталы, обитателям которых, как принято говорить, нечего терять. Здесь их называют вижьяс (villas). Другие районы, напротив, безопасны и привечают гостей, предлагая им удовольствия жизни, в которых аргентинцы знают толк.

Районы, в которых чаще всего останавливаются и селятся русскоязычные приезжие, — респектабельная Реколета, архитектура которой объясняет, почему Буэнос-Айрес нередко называют южноамериканским Парижем; многоликий Палермо — в прошлом малоэтажное предместье, ставшее средоточием ресторанов, бутиков и клубов; застроенный роскошными особняками Бельграно, чью тишину и спокойствие нарушает кипящий и кричащий Баррио Чино — местный чайнатаун; сияющий сталью и стеклом Пуэрто-Мадеро — район небоскрёбов, выросший на месте старого деревянного порта, откуда в XVI веке начинался Буэнос-Айрес; и пёстрый Сан-Тельмо — раскрашенный, облупленный, набитый антикварной всячиной, старейший баррио города.

А ещё есть Чакарита и Кабашито, Коглан и Колехиалес, Ла Бока и Нуньес и многие другие — но это скорее районы для жизни, а не туризма.

Политический и деловой пульс Буэнос-Айреса бьётся в нескольких прилегающих друг к другу барриос, которые принято называть микроцентром. Именно там находятся Каса Росада («Розовый дом») — президентский дворец, который сейчас занимает Хавьер Милей; главный кафедральный собор, где пятнадцать лет служил будущий папа Франциск; театр Колон (подробно о нём ниже) и архитектурный символ города — белый Обелиск, стела, построенная в 1936 году в честь 400-летия Буэнос-Айреса. Это местная «статуя свободы» — особенно эффектная на закате, если смотреть из перспективы расходящихся от неё прямыми лучами улиц.

Одним из любимых времяпрепровождений Борхеса было гулять по Буэнос-Айресу в предзакатные часы, когда на город постепенно спускается ночная прохлада, а листва гигантских деревьев — платанов, пальм и акаций — шумит под приятными порывами ветра. Недаром само название города связано с воздухом; исторически оно восходит к посвящению Деве Марии (Santa María del Buen Aire, «Святая Мария добрых ветров»), покровительнице моряков.

Впрочем, Буэнос-Айрес создан для прогулок в любое время суток. И ранним утром, когда город только просыпается, открываются продуктовые лавки, магазины и кофейни, а энкаргадос (портье или управдом, имеющийся здесь в каждом респектабельном многоэтажном здании) выходят мыть тротуар у дверей «своего» дома. И в дневную жару, если держаться тени высоких зданий или густых парков. Главное правило — гуляя по любому дружелюбному району, внимательно смотреть по сторонам, не только восхищаясь великолепием архитектурного ассорти (колониальные мотивы здесь сменяются стильным ар деко, затем может прийти черёд холодного функционализма или великолепного бетонного брутализма), но и держа нос по ветру, чтобы случайно не забрести в вижью и не расстаться с содержимым карманов.

Буэнос-Айрес — многомиллионный столичный город, где, помимо множества хороших людей, немало и плохих, а беспечность может быть наказана утратой смартфона: его вытащат из заднего кармана, смахнут со стола на веранде кафе или выхватят из рук в транспорте, на перекрёстке и даже из такси через приоткрытое окно. Буэнос-айресские щипачи — профессионалы калибра игроков сборной Аргентины по футболу.

Если петлянию по лабиринту улиц и встречам с неожиданным вы предпочитаете парадные променады, обязательно пройдитесь по Диагональ Норте (Avenida Presidente Roque Sáenz Peña) — одной из самых эффектных улиц города и одной из немногих, полностью сохранившей застройку 1920–1930-х, когда Аргентина переживала экономический расцвет: здания здесь и сегодня поражают пышностью и размерами. Кстати, именно отсюда стартует двухэтажный туристический автобус, позволяющий увидеть основные туристические аттракции.

Или же выберите Авениду Либертадор (Avenida del Libertador) — гигантский проспект, по одной стороне которого стеной стоят фешенебельные дома с пентхаусами, а по другой тянется вереница красивейших парков. Начинать удобно от Parque Thays, названного в честь ландшафтного архитектора Карлоса Тайса, в конце XIX века превратившего Байрес в цветущий город-сад, и двигаться на север — в сторону Бельграно и других тихих зажиточных районов.

Во время прогулки вам наверняка захочется перевести дух и утолить жажду. Два главных напитка в Буэнос-Айресе — мате и кофе (его подают со стаканом воды). Если вы хотите пить мате, как местные, делайте это не на бегу, а устроившись на газоне в парке, в тени деревьев: из собственной калабасы, неторопливо, снова и снова подливая горячую воду из термоса.

Кофейная культура в Буэнос-Айресе сохраняет узнаваемый испано-итальянский характер: стойка, шум, разговор с барменом, маленькая чашка. В Палермо и Реколете сегодня легко найти места, где варят кофе по глобальной спешелти-моде — органический, с особым профилем обжарки и в культовых девайсах типа кемекса. Такие заведения обычно маркируют себя словами café de especialidad. Но интереснее зайти в старомодное городское кафе с полувековой историей или в бар из числа bares notables («исторические бары» — это отдельная категория заведений) и заказать clásico, стандартный набор: «кафе кортадо» (cafe cortado — эспрессо с каплей молока; что-то близкое маккиато, но по-аргентински) и к нему медиалуну — местную разновидность круассана, сдобную, липкую восхитительную булочку-полумесяц. Такие медиалуны готовят на сливочном масле и соответственно обозначают как de manteca. Бывают и сухие, солоноватые медиалуны de grasa — тут уж на ваш вкус.

Пожалуй, самое известное место в этом жанре — конфитерия (кондитерская) La Ideal, расположенная недалеко от театра «Колон». Открывшись в 1912 году, она проработала до 2017-го, и за её столиками успели побывать, кажется, все легендарные аргентинцы — от Карлоса Гарделя до Хорхе Луиса Борхеса, а также зарубежные знаменитости, например Йоко Оно и режиссёр Алан Паркер, который снял в этом «дворце десертов» несколько сцен «Эвиты». В 2022 году, к 110-летию, La Ideal открылась после реставрации, вернувшей ей пышный исторический интерьер.

В Сан-Тельмо столь же овеян мифами и легендами бар La Poesía: в его тесных комнатах в 1960–1970-е собиралась аргентинская богема. А в Реколете, на углу у площади, напротив собора, — знаменитая La Biela. Здесь увековечили память о Хорхе Луисе Борхесе и его приятеле Адольфо Биой Касаресе, «посадив» за столик их ростовые скульптуры — так что вы увидите обоих писателей за чашкой кофе.

Если хочется выпить пива, стоит идти в сервесерию (от cerveza — «пиво»). Почти в каждом баррио Байреса найдётся место, где наливают местный крафт. Крупные пивоварни — Patagonia, Antares, Blest — опутали город целыми сетями своих заведений, но, если есть задача почувствовать настоящее биение локальной жизни, лучше искать что-то менее стандартное. Например, флагманская пивная небольшой компании Perro Negro (адрес Galicia 528) расположена прямо в заводском цеху в Чакарите: здесь дегустацию небанальных сортов, сваренных на месте, легко чередовать с дружескими турнирами на аутентичных видеoавтоматах 1980–1990-х. В Реколете целая линия бодрых пивных выстроилась вдоль границы прославленного исторического кладбища — одной из главных городских достопримечательностей: здесь похоронены знаменитые аргентинцы, включая Эвиту Перон. Со стаканом IPA можно подняться на второй этаж одного из баров и сверху наблюдать наводящую на философские размышления перспективу некрополя, который в любую погоду осаждают туристы.

Есть в Буэнос-Айресе и пивные, открытые российскими эмигрантами — в духе отечественной моды на крафт. Например, TEKO Beer Culture, где собрана коллекция самых диковинных крафтовых банок со всех концов Аргентины.

Для любителей вина в Буэнос-Айресе вариантов ещё больше. В городе легко найти винный бар или энотеку на любой вкус: есть эстетские и хулиганские, с энциклопедическими картами и с точечной специализацией — вплоть до мест, где мальбек (главный красный сорт Аргентины) разливают во всех интерпретациях, от легкомысленных розовых и игристых до традиционно респектабельных. Но, если вы любите белое, обязательно попробуйте торронтес — ароматный автохтонный сорт, которым страна по праву гордится. В конце концов, хорошее вино здесь наливают почти везде: в кафе, ресторанах и даже в некоторых кофейнях. Только будьте внимательны: в Буэнос-Айресе бокалы наполняют чрезвычайно щедро, порции здесь совершенно не «московские».

Помимо сервесерий в городе существует особый тип питейных заведений — вермутерии, где вокруг этого терпкого напитка закручена целая культура аперитива: коктейли на основе вермутов и разнообразные к ним закуски, разговоры, длинный закат. В последние годы вермут в Буэнос-Айресе переживает заметный ренессанс: его снова пьют «как положено» — неторопливо и с удовольствием.

Если говорить о коктейльной культуре, у города есть повод для отдельной гордости: в 2025 году сразу четыре бара Буэнос-Айреса попали в мировой топ The World’s 50 Best Bars — Tres Monos, Cochinchina, Victor Audio Bar и спикизи Florería Atlántico. Так что в Байресе умеют не только смаковать напитки, но и выстраивать вокруг них сюжеты, сцены и декорации.

Кажется, в Буэнос-Айресе можно найти кухню почти всех народов мира: больше сотни лет Аргентина приветствует у себя эмигрантов со всех концов земного шара. Потомки переселенцев держатся своих корней, прежде всего через гастрономию, и охотно напоминают о них окружающим. В лабиринтах аргентинской столицы вы встретите арабскую шаурму, армянскую долму, испанские тапас, американские бургеры, неаполитанскую пиццу, немецкие сосиски, французский бёф бургиньон, венесуэльскую выпечку, колумбийский кофе с арепой, перуанское севиче, бразильские десерты с асаи, китайскую лапшу, корейский пулькоги — и не только японские суши, удон и рамен, но даже гоя-темпуру с Окинавы. Появились в Байресе и места, где русскоязычные эмигранты подают бутерброды с селёдкой, пельмени, блины и даже... тартар с грибами эноки.

Чтобы составить представление о том, что и как на самом деле едят аргентинцы, можно начать с мини-сериала «Ничего» (Nada) — истории сварливого ресторанного критика в исполнении суперзвезды аргентинского кино Луиса Брандони. Там с лёгкой иронией, но и с большой любовью и честностью показаны «портеньос» (porteños — буквальное «обитатели порта», так называют коренных жителей Байреса) и их гастрономические привычки. А приехав в город, обязательно сходите в паришу (parrilla) — это традиционные стейк-хаусы, где мясо жарят на угле или на поленьях кебрачо. Там подают не только стейки, но и — для смелых — свиную и кровяную колбасу, говяжьи почки, желудок, а также базовый набор салатов, гарниров и десертов. Париши бывают разными — от простецких и пролетарских до снобских и элитарных. Но почти везде вы получите честный стейк — пусть и не везде его, как в одной из сцен сериала «Ничего», будут резать столовой ложкой, точно тёплое сливочное масло.

Перед походом в паришу полезно выучить минимальный словарь для общения с официантом:

— lomo — филе (tenderloin)

— ojo de bife — рибай (ribeye)

— bife de chorizo — стрип-стейк / Нью-Йорк (strip steak)

— asado de tira — стейк на рёбрах, нарезанных полосами (short ribs; один из самых любимых аргентинцами)

— jugoso — «с кровью», сочный (примерно medium rare)

— cocido — прожаренный (ближе к well done)

— chimichurri и criolla — соусы к мясу

— provoleta — расплавленный на гриле круг пряного сыра

— malbec — да, просто мальбек

Кстати, один из самых дорогих и труднодоступных ресторанов Буэнос-Айреса, регулярно входящий в гид Мишлена — Don Julio, — по формату остаётся классической паришей, просто доведённой до гастрономического максимума.

А чтобы окончательно проникнуться духом аргентинской кухни, обязательно берите и пробуйте в разных местах эмпанады — традиционные пирожки с разнообразными начинками, лучшее что может предложить аргентинский стритфуд. Кроме того, однажды ночью вам почти гарантированно предстоит съесть helado (мороженое): буэнос-айресские эладерии (кафе-мороженое) уступают разве что итальянским — и работают до 23:00, а то и дольше.

Как ни странно, аргентинская музыкальная жизнь чем-то напоминает российскую. Прежде всего тем, что долгое время она развивалась в относительной изоляции от мировых процессов. Причины тому — политические, географические, рыночные.

Изоляционное давление имело двойной эффект. С одной стороны, внутри страны выросло несколько поколений сильных и изобретательных музыкантов, о которых внешнему миру часто почти ничего не известно — и преодолеть эту невидимость трудно, особенно учитывая удалённость Аргентины от главных центров индустрии. С другой стороны, именно эта обособленность во многом и сформировала яркую, неповторимую андеграундную сцену Буэнос-Айреса: здесь можно встретить выдающиеся площадки и артистов — и в современной академической музыке, и в нетрадиционном джазе, и в альтернативном роке, и в экспериментальной электронике.

Впрочем, иногда Аргентина всё же прорывается в мировой поток; один из последних примеров, о котором много говорили, — урбан-поп-дуэт CA7TRIEL & Paco Amoroso, который уже записывается со Стингом.

Портеньос вообще очень любят музыку. Такое количество людей в футболках с логотипами групп — от The Beatles до Ramones, — кажется, трудно увидеть где-либо ещё, и на концертах публика бывает по-настоящему отзывчивой. Возможно, именно этим объясняется, что музыканты со всего мира — от инди-коллективов до суперзвёзд — охотно едут в Аргентину, играют здесь на максимально возможные аудитории и нередко фиксируют эти выступления в аудио- и видеоверсиях: с местной энергетикой и атмосферой мало что может сравниться. Достаточно вспомнить аргентинский рекорд Coldplay: в 2022 году группа дала десять концертов на стадионе River Plate, суммарно собрав около 800 тысяч зрителей.

Но вовсе не обязательно подгадывать поездку под приезд гастролёра: похожий выброс дофамина легко испытать и на концерте местного музыканта — особенно если заглянуть в одно из мест нашего списка.

Открывшийся в мае 1908 года театр Колон (так будет Колумб по-испански) — один из самых знаменитых музыкальных театров мира и, безусловно, главный оперный дом на южноамериканском континенте. На его сцене выступали величайшие оперные певцы и артисты балета — Энрико Карузо, Фёдор Шаляпин, Мария Каллас, Вацлав Нижинский в составе труппы Сергея Дягилева, Рудольф Нуреев, Майя Плисецкая. Сергей Прокофьев незадолго до эмиграции в США учил испанский, собираясь в Аргентину: после Первой мировой войны слава «Колона» уже разошлась по миру.

Благодаря «Колону» в Аргентине сложилась одна из самых заметных на континенте традиций классической музыки, а сама страна дала миру выдающихся музыкантов — например, дирижёра Даниэля Баренбойма и пианистку Марту Аргерих. В Аргентине же начинал свой путь Карлос Клайбер, которого часто называют величайшим дирижёром в истории: из-за работы в «Колоне» его отца, дирижёра Эриха Клайбера, начало пути Карлоса было связано именно с Аргентиной.

Но «Колон» — не только культовое место для опероманов и обязательная городская достопримечательность. Это живой, чрезвычайно деятельный театр — с сотнями тысяч подписчиков в Instagram*, насыщенным сезоном, гастролями звёзд мирового исполнительства (в том числе из России) и большими событиями вроде фестивалей Марты Аргерих.

Конечно, «Колон» восхищает и роскошью своего неоклассического интерьера — золотом, мрамором, фресками и статуями, царственной торжественностью. Сюда можно прийти на экскурсию, но лучше найти в афише событие по душе и купить билет: идеально в партер или амфитеатр (да, они недешёвы), но подойдёт и стоячая галёрка под потолком. Подняться по величественным лестницам, войти в зал на 2500 мест — и поразиться его роскошному убранству и безупречной акустике.

Расположенный на границе респектабельной Реколеты, клуб Prez — место не для случайных туристов, а скорее для знатоков джаза с хорошим вкусом. Владелец и арт-директор клуба Хусто Ло Прете — известный в Буэнос-Айресе меломан, коллекционер записей и основатель лейбла Rivorecords — лично курирует программу, в которой лучшие аргентинские джазмены соседствуют со звёздами нью-йоркского даунтауна.

Здесь звучит самый разный джаз: и более традиционный — классические комбо-составы с уважительными посвящениями мастерам; и экспериментальный — с головоломными сочетаниями инструментов и даже с виниловыми диджеями. Кроме того, раз в месяц в уютном подвале Prez проходят концерты камерной классики, тоже весьма небанальной, — от Клода Дебюсси до Дьёрдя Лигети. Ради этих вечеров клуб обзавёлся великолепным концертным роялем Yamaha.

Если не хочется тратить время на поиск интересных концертов в Буэнос-Айресе, достаточно следить за афишей только заведения Niceto Club, одной из главных точек притяжения молодёжно-драйвового района Палермо. Открывшийся в 1998 году, Niceto Club стал культовым местом для поклонников живой музыки и электронных вечеринок. В программе клуба — самые разные жанры, от инди-рока до хип-хопа и техно, с участием популярных местных исполнителей, латиноамериканских звёзд и международных героев (вроде группы Tortoise). Кстати, именно на сцене Niceto опальный российский рэпер Oxxxymiron** дал свой единственный концерт в Южной Америке.

Ещё одно заметное музыкальное место в хипстерской части Палермо — Borges 1975, объединяющее бар, ресторан, джазовый клуб и книжный магазин. Здесь можно выпить вино или коктейль под лёгкий джаз в искусном исполнении. Фотогеничный книжный магазин предлагает широчайший выбор книг о музыкантах, как мировых, так и аргентинских. Жаль, что все издания исключительно на испанском языке.

La Cultura Del Barrio, расположенный в районе Вижья Креспо, — клуб настолько культовый, что о нём даже сняли документальный фильм. Открывшейся в 2011 году как место встреч шарпов — скинхедов-антифашистов, — он сочетал дневные тренировки по кикбоксингу с вечерними концертами самых дерзких хардкор-групп.

За прошедшие годы La Cultura Del Barrio сменил адрес, расширился и стал чуть более респектабельным, но не утратил ни своей идеологической оптики, ни протестного контркультурного духа. Днём сюда можно прийти на занятия в спортивный зал, а вечером — на рок-концерт: клуб охотно предоставляет площадку и молодым группам, и признанным именам аргентинской альт-рок-сцены.

Клуб, названный в честь Джо Страммера — лидера The Clash, — основали музыканты известной аргентинской панк-группы Attaque 77. Со вторника по воскресенье афиша Strummer Bar предлагает разностилевую программу: от кабаре до диджей-сетов, от свинга до даба. Но особое место здесь, конечно, занимают панк-выступления — такие коллективы в этом баре особенно привечают. Собственно, заведение изначально строилось вокруг простой идеи — чтобы у любой молодой рок-группы была возможность сыграть на хорошей сцене и с достойным звуком.

Suena Washington в районе Коглан — это не клуб, а нечто среднее между богемным салоном в устланном коврами особняке, эстетской арт-галереей и камерной концертной площадкой, которая охотно отдаёт своё пространство музыкантам с самыми неожиданными интересами. Здесь устраивают «циклы» — регулярные серии вечеров с «другой» музыкой, кинопоказами, выставками и арт-проектами. Сюда приходят за необычным опытом. В один вечер вы можете попасть на мультимедийный перформанс или небольшую выставку, на фоне которой разворачивается музыкальное действо: кто-то шаманит на терменвоксе, певица уходит в глоссолалию под нервный электронный пульс, а академический ансамбль демонстрирует целую энциклопедию альтернативных способов звукоизвлечения — тихо, близко, почти на расстоянии вытянутой руки.

Арт-центр ArtHaus расположен в самом сердце официального Буэнос-Айреса, рядом с кафедральным собором, и занимает семиэтажное историческое здание, где прежде размещались крупные банки. Сегодня бывший символ финансовой власти превратился в живое общественное пространство, в котором проходят выставки мультимедийного искусства, кинопоказы, экспериментальные театральные и хореографические постановки и, разумеется, концерты.

Особое место в программе ArtHaus занимает современная музыка. У центра есть собственный ансамбль-резидент, составленный из молодых, но уже опытных исполнителей, прошедших школу «Колона», под руководством дирижёра Пабло Друкера. В его репертуаре — и классика XX века, и авангардная музыка — от Карлхайнца Штокхаузена и Георга Хааса до симфонии для девяти аналоговых синтезаторов, написанной современным берлинским композитором Энно Поппе. А если прийти немного раньше начала концерта, можно подняться на террасу на седьмом этаже и окинуть взглядом захватывающую панораму центра Буэнос-Айреса.

В Буэнос-Айресе любят танцевальную электронику: в городе десятки ночных клубов с интересной программой — от хауса до транса. Ache Paraje — это даже не совсем клуб, а скорее пивная с хот-догами и бургерами, расположенная в очень удачном месте: на площади у выхода с конечной станции жёлтой ветки метро Facultad de Derecho.

Но по вечерам в пятницу и субботу Ache Paraje превращается в открытую площадку для вечеринок — с диджей-сетами и живыми выступлениями в самых разных стилях. Сюда стекаются не только студенты соседнего юридического факультета, но и любители электронной музыки со всего города. Атмосфера у этих вечеринок напоминает берлинскую — а вход на них остаётся бесплатным.

В Буэнос-Айресе множество магазинов пластинок: винил здесь по-прежнему очень популярен, и, скажем, последний альбом Игги Попа можно купить даже в обычном журнальном киоске. Поклонникам джаза обязательно стоит заглянуть в Minton’s — один из лучших джазовых рекорд-шопов в мире, куда приезжих музыкантов нередко водят как на экскурсию.

Любителям глубокого винилового диггинга стоит отправиться в Eureka Records, расположенный в старейшем районе города — Сан-Тельмо. Здесь легко провести несколько часов, перебирая пластинки в надежде найти вожделенный краутроковый или бразильский раритет.

А если и этого покажется мало, можно просто продолжить прогулку по окрестностям: вокруг немало антикварных лавок, где тоже случаются приятные находки.

Коллаж на обложке: Люба Моисеенко. Фото: Wikimedia Commons (CC BY-SA 4.0), Shutterstock

Хотите сделать материал для «Номера»? Пожалуйста, заполните анкету — если нам подойдёт ваша тема, мы свяжемся с вами в течение нескольких рабочих дней.