«Весьма внушительное впечатление»

Хотя Анкара — столица Турции, место постоянного пребывания парламента, президента и иностранных посольств, вниманием иностранных туристов она не избалована. Ну а те, кто всё же доезжает до второго крупнейшего города Турции (5,8 миллиона человек — сравнимо с населением Петербурга), нередко ограничиваются посещением Аныткабира — мавзолея основателя республики Кемаля Ататюрка, крепости и заслуженно знаменитого Музея анатолийских цивилизаций. Приехавшие на пару дней или более добавляют к этому списку храм Августа Анкирского и Римские бани — археологический музей под открытым небом.

Но музеи древностей, крепости и даже римские руины есть и в других уголках Турции. По-настоящему уникальным город делают не они, а архитектура ХХ столетия, когда Анкара неожиданно для большинства стала столицей новой Турции.

13 октября 1924 года парламент Турции, Великое национальное собрание, объявил о переносе столицы из опутанного сетью интриг и коррупции Стамбула-Константинополя в небольшой городок в сердце страны. Ещё за несколько лет до того Анкара стала центром турецкого национального сопротивления подконтрольному европейцам султанскому правительству, грекам и войскам Антанты. Но едва ли кто-то мог всерьёз представить, что она станет конкурентом Стамбулу. Справочник Колумбийского университета в год провозглашения Анкары столицей писал, что это «маленький городок, не имеющий никакого значения». К 1924 году в Анкаре жили около 35 тысяч человек. Стамбул той же эпохи мог похвастаться населением в 880 тысяч.

«Анкара, новая столица Турции, за последние годы совершенно изменилась по своему облику. Из незначительного восточного города она превратилась в центр государственной жизни, который, хотя и не может пока сравниться с европейским большим городом, всё же уже обладает целым рядом современных зданий и устройств. Там, где ещё пару лет назад было лишь несколько электрических ламп, теперь целые улицы перешли на электрическое освещение. По ночам больше не нужно ходить с фонарём в руках, если не хочешь заблудиться в боковых улицах, — писал один из иностранных корреспондентов в Турции в январе 1925 года. — Много сделано в области улучшения мостовых, и с углов улиц исчезли кучи мусора. В городе сейчас имеется большое количество новых построек и ещё большее число старых домов, возведённых в соответствии с современными требованиями. Здесь есть два новых отеля, которые хотя и первоклассными не являются, но уютны и чисты. Новое здание парламента производит весьма внушительное впечатление».

Именно этот стремительный рывок — от почти полной безвестности к статусу столицы — и оставил на улицах Анкары самый заметный след. Общественные здания и жилые дома, построенные в первые десятилетия после провозглашения города главным в стране, образуют здесь, пожалуй, самый необычный архитектурный пласт — особенно для туриста, оказавшегося в хаотичном и слабо приспособленном для пеших прогулок городе.

Больше всего застройки первой половины ХХ века в Анкаре в районах Улус и Чанкая. Именно с Улуса, расположенного у подножья холма с крепостью Анкары, началось развитие новой турецкой столицы. Собственно, и начать осмотр города можно с одноимённой площади Улус, что означает в переводе с турецкого «нация» или «племя», с конной статуей Ататюрка по центру. Этот памятник, Монумент победы, воздвигли ещё при жизни Мустафы Кемаля — 24 ноября 1927 года, проект составил австриец Генрих Криппель.

Тут же на площади стоит первое здание Великого национального собрания, именно в нём было принято решение о переносе в Анкару столицы.

Формально это памятник ещё османского периода: дом в стиле турецкого национального романтизма, или, как его называют в самой Турции, «первого национального движения», начали строить ещё в 1915 году. Архитектор Салим Бей задумывал его как региональный клуб младотурок. Но к моменту окончания работ их партия «Единение и прогресс» уже лишилась власти, и в клубе, ставшем теперь национальным парламентом, заседало уже следующее поколение турецких политиков. После 1981 года в доме работал парламентский музей, а сегодня там находится Музей Войны за независимость. Стоимость билетов для иностранцев около 200 рублей. Из-за галопирующей инфляции в Турции цены в лирах могут меняться по несколько раз в год.

Вдоль главного фасада музея вниз от площади Улус в сторону железной дороги тянется улица Чумуриет, то есть Республики. Сверните на неё и буквально в 50 метрах увидите второе здание Великого национального собрания, теперешний Музей Республики.

Уже к 1924 году в первом парламенте депутатам стало тесно, и турецкие законодатели переехали в новый дом рядом. Его соорудил архитектор Ведат Тек всё в том же романтическом восточном стиле. В отличие от Музея Войны за независимость, в этой постройке сохранились в том числе интерьеры. Посмотреть, в каких условиях работали депутаты с 1925 по 1960 год, можно всего за 550 рублей.

Через дорогу — бывшая парламентская и правительственная гостиница «Анкара Палас», сегодня музей ранней республиканской истории. Это одна из ключевых работ архитекторов первого национального движения — Ведата Тека и Мимара Кемаледдина. Для Кемаледдина отель стал последним проектом в жизни — он погиб во время строительства. «Анкара Палас» вошёл в историю как место, где реформы Ататюрка впервые обкатывали на практике.

В конце 1920-х — начале 1930-х здесь проходили знаменитые «балы Республики» — собрания новой элиты, в которых женщины впервые участвовали наравне с мужчинами.

С февраля 2024 года здание вновь открыто для публики как музей. Внутри — редкие по роскоши интерьеры, хотя фотографировать их нельзя: бывший отель подчиняется правилам Государственного управления дворцов, общим для всех объектов — от стамбульского Топкапы до Анкары. Билет стоит около 700 рублей.

Оцените, хотите ли вы платить за вход в бывший отель, а затем возвращайтесь на площадь Улус. Здесь находится ещё один объект, точно заслуживающий внимания любого туриста, — дом İşbank. Облицованное натуральным камнем здание всё в том же национально-романтическом стиле хорошо видно с центра площади.

İşbank — первый в современном смысле коммерческий банк Турции. К 1925 году у него был 201 клиент. Счёт № 1 принадлежал Великому национальному собранию, № 2, конечно, Мустафе Кемалю. Но контора в Анкаре ютилась в семейном доме Али Кылвыча, одного из членов правления. Для учреждения в переполненном чиновниками, военными и депутатами городе просто не находилось другого места. Итальянский архитектор Джулио Монжери со всей возможной скоростью строил новый «банковский дворец» и закончил здание в 1929-м.

На первых двух этажах был собственно банк — зона обслуживания, конторы и правление, а выше — ещё два этажа роскошных квартир в аренду. Сегодня здание целиком занимает бесплатный музей, кроме истории самого банка он рассказывает про экономику, архитектуру, быт ранней республики вообще и Анкары в частности. Особенно впечатляют комнаты правления банка в стиле ар-деко и вестибюль с витражным потолком.

Сегодня большинство сохранившихся домов начала ХХ века в Анкаре — общественные здания и учреждения. Есть всего несколько кварталов, в которых уцелели частные ханы (то есть офисно-торговые и гостиничные дома) и апартманы (то есть многоквартирные дома) столетней давности. Такую застройку можно встретить в окрестностях улицы Анафарталар и параллельного ей переулка Конья, а также перпендикулярных улицы Ишикар и переулка Шан.

За ориентир возьмите, например, доходный дом Нафиз-бея Котана, одного из спонсоров армии Мустафы Кемаля. В том числе он купил для отрядов будущего Ататюрка два аэроплана, чем заслужил благосклонность новых республиканских властей. Его дом стал одним из первых крупных зданий Анкары, он был построен в 1922 году ещё до официального провозглашения города столицей. Сурового вида здание было передовым для своего времени — с центральным отоплением, лифтами и без малейшего намёка на украшения на фасаде. Сейчас оно заброшено.

Побродив по кварталу вокруг дома Нафиза Котана, сверните на улицу со сложносочинённым названием Шехид-Тегмен-Калмаз-Поста (в переводе что-то вроде «Мученика почты лейтенанта Калмаза», в честь военного, погибшего во время переворота 27 мая 1960 года). По ней вы выйдете на бульвар Ататюрка, центральную улицу турецкой столицы. Вдоль неё расставлены самые внушительные постройки периода ранней республики. Вы точно не пропустите здание Ziraat bankası, то есть Банка сельских общин. Как и в банке İş, в первой анкарской штаб-квартире Ziraat bankası сейчас бесплатный музей с богатыми интерьерами. Это здание — тоже работа итальянца Джулио Монжери, оба отчасти конкурировавших, отчасти сотрудничавших банка архитектор закончил в 1929 году.

На другой стороне бульвара (который больше похож на перегруженное авто шоссе) находится ещё одна постройка Монжери — увенчанное куполом, похожим на шляпу Незнайки, здание государственных монополий 1928 года. Сейчас в нём работает Институт Юнуса Эмре, созданный по модели немецкого Гёте-института и продвигающий турецкий язык и культуру по всему миру.

Соседнее с ним здание — старый почтамт Анкары, сооружённый венцем Клеменсом Хольцмайстером в 1934 году. Хольцмайстер работал на турецкие власти с начала 1930-х, после аншлюса Австрии в 1938 году он нашёл в нейтральной Турции постоянное убежище и возвёл в Анкаре массу сооружений по госзаказу. Внутри бывшего почтамта сейчас бесплатный музей почтовых марок, заодно рассказывающий об истории почты в Турции вообще. Если филателия не ваш профиль, можно просто полюбоваться неоклассическим фасадом и шагать дальше.

Прямо за почтамтом бульвар Ататюрка расширяется, превращаясь в Оперную площадь. Здесь сверните направо, чтобы увидеть II Дом управления фондами — самое впечатляющее жилое здание эпохи ранней республики. Оно было спроектировано Мимаром Кемаледдином и построено в 1928–1930 годах. Дом стал вехой в истории турецкой архитектуры, он знаменует переход от ориенталистских мотивов первого национального движения к турецкому функционализму, стилю, удивительно похожему на советский конструктивизм. Как и их коллеги в СССР, турки тяготели к эффектным авангардным формам, порой в ущерб реальной функциональности.

Сейчас дом занимает Государственная дирекция театров и, собственно, два театра — Малый, старейший в городе, и Камерный. Внутрь попасть можно только по билетам на спектакли.

Теперь вернитесь на площадь и осмотрите давшую ей название оперу Анкары, она же городской драматический театр. Сегодняшнему туристу эта чуть несуразная постройка может показаться до странного маленькой. Она с трудом тянет на главный театральный зал столичного города амбициозной евразийской державы. Объяснение простое. Во-первых, европейские театр и опера начали проникать в Турцию только в конце XIX века, а потому большой роли в ранней республиканской жизни эти подвиды искусства не играли.

Во-вторых, Анкара на момент постройки здания, в 1933 году, всё ещё была городом-крошкой (пусть и с амбициями), где даже двухэтажки казались внушительными строениями. Собственно, и оперой это здание первоначально не было. Архитектор Шевки Балмумджу проектировал республиканский выставочный зал в стиле популярной в Европе школы Баухаус.

Только в 1948 году немец Пауль Бонац добавил зданию колонн и карнизов с восточным декором, приспособив под оперу. Получившаяся в итоге смесь в Турции именуется вторым национальным архитектурным движением. То есть архитекторы первого поколения — вроде Мимара Кемаледдина и Ведата Тека — отдали дань национальной романтике, потом пришли функционалисты 1930-х, а уже им на смену в 1940–60-е — новая волна этнических мотивов, но уже строгая, без вычурных «архитектурных излишеств».

Теперь пересеките по диагонали политически неоднозначный перекрёсток бульваров Ататюрка и Талаата-паши. Последний назван по имени бывшего великого визиря Османской империи и ключевого организатора геноцида армян. На холме над развязкой высятся ещё два здания в стиле первого национального движения, это отличное место, чтобы завершить архитектурную прогулку.

Первое здание — облицованный жёлтым и белым камнем Музей изобразительных искусств. Его проектировал архитектор и фотограф Ариф Хикмет Коюнлу в 1927 году как штаб-квартиру националистического культурного и политического движения «Турецкие очаги». В конкурсе проектов участвовали более именитые мастера, но Мустафе Кемалю приглянулся именно эскиз Арифа Хикмета, что и решило дело. Стройка затянулась до 1930 года в том числе из-за обилия резного каменного декора в чертеже архитектора, мастеров по которому в Анкаре почти не было. В итоге к стройке привлекли резчиков надгробий, которых привезли с островов в Мраморном море.

После ликвидации в 1931 году «Турецких очагов» здание использовали самые разные политические и государственные учреждения. Только в 1975 году его решили отдать под художественный музей, а в 1985 году постройке вернули первоначальный вид времён Ататюрка. Музей небольшой, всего шесть залов, но дающий развёрнутую панораму турецкого изобразительного искусства конца XIX — ХХ века. Парадоксально, но уже второй работой, приобретённой в его коллекцию, стала авторская копия «Дверей Тамерлана» Василия Верещагина. Вход в музей для не граждан Турции — около 500 рублей.

Вторая работа того же Арифа Хикмета Коюнлу рядом — Этнографический музей Анкары. Его строили с 1925 по 1928 год, когда в СССР и Европе уже царил модернизм, тем не менее это одно из самых богато украшенных зданий турецкой столицы. Тут и скульптуры львов на парадной лестнице, и изразцы на фасаде, и купол с небольшим шпилем. Неудивительно, что после смерти Мустафы Кемаля в 1938 году именно эта постройка на 15 лет стала временной усыпальницей лидера нации.

Только после достройки мавзолея Аныткабир в районе Чанкая временный гроб вскрыли и останки Ататюрка переместили на постоянное место упокоения. О мемориальном периоде в истории здания напоминает конная статуя — ещё одна — Мустафы Кемаля перед фасадом. Сегодня в здании хранят коллекции предметов турецкого искусства и ремёсел от периода сельджуков до наших дней, в том числе там находится одно из лучших в стране собраний ковров. Всего в музее десять тематических залов: от изделий из дерева до женской моды разных эпох, цена билета — около 300 рублей.

Даже без посещения музеев маршрута выше вам должно хватить на целый день прогулки. Но этим списком архитектурные сокровища Анкары далеко не исчерпываются. Недаром в апреле 2025 года раннюю республиканскую застройку города внесли в предварительный список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Хотите сделать материал для «Номера»? Пожалуйста, заполните анкету — если нам подойдёт ваша тема, мы свяжемся с вами в течение нескольких рабочих дней.