Пять измерений Мурманска

Город находится на сопках, и тебе всё время нужно спускаться или подниматься. Поэтому Мурманск для меня — это бесконечные лестницы: например, мой дом находится на сопке на так называемой Горе Дураков (так местные жители называют район Скальный. — Прим. ред.), а школа располагалась ниже. Так что, если нужно было пойти в школу или погулять в центр, приходилось спускаться по лестницам. И возвращаться домой — поднимаясь на сопку. Рядом с домом на горе была часовня, куда я ходила в воскресную школу, сейчас там действует храм Всех Святых. Неподалёку — камень в виде черепахи и был ручей со святой водой.

Мурманск — такая длинная сосисочка, поэтому, несмотря на то что мой дом рядом с центром, я чувствовала, что жила на окраине. Близко к дому — лес. Когда ты гуляешь там, у тебя всегда ноги как бы проваливаются в мох. Если на тебе нет резиновых сапог, скорее всего, ты промокнешь. Правда, потом в лесу появились протоптанные дорожки — и ходить стало проще.

Мурманчане купаются в любом водоёме, здесь популярно моржевание, вода-то не прогревается. Недалеко от дома есть большое озеро, в детстве я часто приходила на пляж. Купаться мне родители не разрешали — грязно. Но многих других это не останавливало.

Ещё вспоминается купание в ледяной воде. Я часто ходила в походы — например, вокруг Териберки. И у нас было развлечение — искупаться в Баренцевом море. Перед купанием нужно было развести большой костёр из деревянных останков кораблей: эта древесина очень хорошо горит. Само купание, как правило, длилось пять секунд: забегаешь в воду, разворачиваешься и бежишь быстрее греться у костра.

Мурманск — это замерзающие ноздри в февральский мороз. Если ты закрываешь себе нос шарфом, у тебя потеют очки, на них образуется иней, он появляется на бровях и на ресницах. Здесь часто бывают осадки, поэтому ты часто жмуришься от того, что дует ветер в лицо: морось, снег с дождём — всё это попадает в глаза.

Тут всегда стоит носить в руках куртку. Даже летом, когда тепло: температура может вечером упасть на 10 градусов — и тебе станет зябко. Зимой часто хочется спать, потому что нет солнца. А летом ты, наоборот, легко можешь сгореть на полярном солнце, потому что оно не заходит за горизонт и у тебя нет тени. Особенно если ты в этот момент гуляешь в тундре или идёшь в поход.

Ещё Мурманск для меня — это морозным утром отогреваться в папиной машине на заднем сидении, пока он её чистит. Слушая какую-нибудь музыку из 80-х: «Авторадио» или «Ретро FM».

В Мурманске часто просыпаешься с утра и видишь за окном густой-густой туман, как будто ты находишься в облаке. Иногда смотришь в окно — и видишь внизу туман, а над ним первое зимнее солнце, которое начало уже появляться после полярной ночи.

Ещё вспоминаются моменты, когда отключали свет: ты сидишь со свечками и вокруг очень-очень темно. Или, например, просыпаешься в полярную ночь в кромешной темноте, потому что тебе светит в окно большая морозная луна.

Разумеется, помню памятник Алёше, который видно отовсюду. Он очень красивый. Это большой одинокий солдат с ружьём, который смотрит за горизонт и охраняет город.

И зелёная полоса северного сияния... В черте города оно виднеется едва-едва. Но ты ни с чем его не спутаешь, это такое зарево, которое постоянно меняет своё очертание.

Ещё в Мурманске очень, очень много фонарей. Из-за того что город достаточно тёмный, у нас везде иллюминация: фонари, яркие вывески. Центр города выглядит так, будто это большая рождественская ёлка, которая всё время светится. Мне очень нравилось долго смотреть на то, как падает снег в свете фонаря.

Один из звуков, который сразу же вспоминается мне в связи с Мурманском, — это прогрев мотора соседской машины, которая замёрзла за ночь в мороз ниже −20.

Ещё это какофония из звуков музыкальных инструментов, когда ты подходишь к колледжу искусств. Я заканчивала отделение оркестровых духовых инструментов (сокращённо — «оркодух») по классу трубы. В принципе я неплохо её освоила, могу играть по нотам — но импровизации, например, там не учили. Попасть туда было несложно, нужно было обладать желанием и слухом. Где-то в девять утра начинались занятия по специальности — пространство вокруг колледжа наполнялось звуками разных инструментов.

В Мурманске во время полярного дня ты часто можешь проснуться в два часа ночи от громкого пения птиц. Конечно, больше всего тут чаек, которые кричат в порту. Можно услышать и то, как загружаются и разгружаются вагоны с углём и другим сырьём.

Мурманск — это звуки мурманского андеграунда в клубе «Плавучий Док». Не знаю, существует ли он сейчас, но это было легендарное место. Он работал с 2000-х, сначала назывался «Пристань» и постоянно переезжал из одного гаража в другой. Потом обосновался в здании ДОСААФ. Здесь не работал туалет, толком не было ремонта, но случались самые классные рок- и панк-концерты. И большинство наших ранних выступлений прошли тоже именно тут. Ещё был клуб «Ледокол» с электронной музыкой. Там по средам было что-то вроде открытой сцены, и именно там «Деревянные Киты» дали свой первый концерт.

В первую очередь это всякие морские гады. Например, когда я тусовалась летом в Териберке, ребята-дайверы ловили там морских ежей, гребешки — было очень вкусно!

Мой папа, который работал системным инженером в рыбопромышленном консорциуме, иногда привозил с работы крабов или банку красной икры, и мы замораживали её к Новому году. Краб — капризная вещь: если его варить слишком долго, то есть будет сложно.

Ещё вспоминаю варенье из шишек и большой таз брусники в сахаре — мама заготавливала его на кучу времени, можно было есть этот соус практически целый год. В августе в тундре можно набрать черники, а осенью поехать с родителями по грибы — нарезать подосиновиков, подберёзовиков. Потом мама всё это нажарит, и ты жуёшь их с картошечкой.

В какой-то момент в Мурманске появилось много хороших ресторанов с северной кухней. Самый известный, наверное, «Тундра»: там можно поесть оленину, морских ежей, кальмаров. Это довольно старое, проверенное место, которое можно рекомендовать.

Когда я думаю о запахе Мурманска, вспоминаю цветение сирени в июле. Ещё он пахнет иван-чаем и скошенной крапивой — её много, и, когда убирают, стоит очень сильный запах. Хотя у нас мало что цветёт.

Если говорить об индустриальном Мурманске, то это запахи порта. Здесь стоит легендарный ледокол «Ленин», куда можно сходить на экскурсию, — и вообще это отличное место погулять: посмотреть, как работают краны, разгружают и загружают суда. Обычно здесь пахнет углём, иногда рыбной мукой. У рыбной муки очень неприятный и сильный запах — бывает, он чувствуется даже у моего дома, далеко от порта. Кстати говоря, на территории порта было здание, где находились репточки, и мы какое-то время там репетировали.

Ещё вспоминается запах сосисок, приготовленных на костре. В первую неделю учебного года мы ходили с классом в поход (в лесок неподалёку) и жарили эти сосиски. Когда я возвращалась домой, от меня всегда пахло костром.