Когда я шла на «По ком звонит колокол» в Театр у Никитских ворот, честно говоря, немного волновалась.
Этот роман Хемингуэя действительно огромный, почти восемь сотен страниц, но Марк Розовский, который сам написал инсценировку и поставил спектакль, сумел сделать невозможное, сохранив для нас он дух романа.
Я была не одна, со мной пошла моя близкая подруга. И должна сказать, что уже с первых минут мы обе поняли: это будет непросто. Вращающаяся сцена, серые подвижные плиты, они становились то скалами в партизанском лагере, то кабинетом генерала, то номером отеля, то казармой.
Над головой натянута маскировочная сетка, сквозь которую льётся приглушённый свет. Мне всё время казалось, что небо затянуто, что вот-вот рванёт.
Музыка Шнитке, Пярт, Пьяццолла, де Фалья была не просто фоном, она дышала вместе со спектаклем, не отпускала даже в антракте.
Актёры играли так, что забываешь, что это сцена. Владимир Давиденко в роли Пабло — это что-то невероятное. Его герой умён и жесток, но постепенно превращается в «лисицу, которая боится смерти», и задаёт такие вопросы о цене борьбы, что становится не по себе.
Яна Прыжанкова (Пилар) фактически командует отрядом, но при этом в ней столько материнской заботы и неукротимой энергии, что ей веришь безоговорочно.
Иван Арнгольд (Роберт Джордан) — честный, искренний, тот самый «волк», который идёт по долгу совести.
Ирина Уханова (Мария) — хрупкая девушка с изломанной судьбой, которой сопереживал весь зал.
И вот на сцене Мария, и я краем глаза вижу, что у моей подруги рядом со мной начинают течь слёзы. Сначала она просто вытирает глаза, потом уже не скрывает слёз. Я сама не сдержалась.
Эта хрупкость, эта боль, эта любовь в разрушенном мире всё настолько пронзительно, что словами не передать.
Батальные сцены решены поэтично: персонажи стреляют из всевозможных видов оружия, а льющаяся кровь и дух переданы через красные платки, которые артисты выбрасывают вверх. Это не пафос, это образ, который остаётся в памяти.